На главную

 

Профессионализм и качество с 1990 г.

  620075, Екатеринбург, пр. Ленина, 69/2 (офис), ул. Монтажников, 20 (производство)
Телефоны: (343) 350-64-53, 350-61-58, +7(982)723-30-64, +7(908)923-39-73
E-mail:
21@terminator.ru, 82@terminator.ru, terminator-print@yandex.ru
      Расчет стоимости
услуг
 
Мы заинтересованы в том, чтобы все стало четко, ясно и понятно
 
Законодательство о рекламе, рекламодатели и рекламисты, проблемы и ошибки рекламного рынка с точки зрения начальника Свердловского областного антимонопольного управления Ужегова Н. П.
 
- Николай Петрович, с какого года ваша организация начала свою работу?
- Российский комитет по антимонопольной политике (ГКАП РФ) создан в начале 1990 года. В октябре 1991 - марте 1992 года были созданы территориальные управления в областях, краях, республиках Российской Федерации. Будучи первым руководителем Антимонопольного управления по Свердловской области я приступил к работе с 25 декабря 1991 года.
В то время в наши функции входили контроль за соблюдением антимонопольного законодательства и поддержка новых экономических структур. В 1992 году был принят закон “О защите прав потребителей”, контроль за соблюдением которого был возложен на антимонопольные органы.
В 1994 году был издан Указ Президента РФ “О защите потребителей от недобросовестной рекламы”, в 1995 году принят “Закон о рекламе”, контроль за исполнением которых также был возложен на Комитет. В феврале 1996 года в Управлении был создан отдел рекламы, так что рекламой мы занимаемся уже более двух лет.
- Каков штат отдела рекламы и специалисты каких профессий там работают?
- Сейчас в отделе работают четыре человека; их профессии - журналист, филолог, экономист, юрист. Вполне вероятно, что в перспективе нам потребуются также искусствоведы, но пока прибегать к их услугам у нас необходимости нет. Этическая сторона рекламы в СМИ регулируется законом “О средствах массовой информации”.
- Какими методами осуществляется контроль за рекламной деятельностью? Какие государственные структуры сотрудничают с Антимонопольным управлением в этой сфере?
- Мы должны рассматривать дела о нарушениях закона “О рекламе” при обращении к нам частных лиц, депутатов, органов власти и управления, различных фирм и т. д., Плюс наша инициатива.
Пока обращения в наш адрес носят единичный характер. В основном это происходит в тех случаях, когда реклама действительно ущемляет интересы конкурирующих фирм. Большинство же дел рассмотрено нами по собственной инициативе.
Наши специалисты просматривают журналы и газеты, особенно рекламные еженедельники и ежемесячники, с целью проверки наружной рекламы объезжают территорию города Екатеринбурга, командируются в другие города области. По результатам этой работы мы направляем информационные письма с предложениями привести рекламу в соответствие с требованиями закона. Если рекламодатель или рекламопроизводитель не прислушивается к нашему мнению или не предоставляют оправдательных документов, мы возбуждаем дело и выносим предписание, требующее устранить нарушения.
Из государственных структур с которыми мы сотрудничаем, я бы назвал те, которые тоже работают на закон “О рекламе”. В первую очередь это муниципальные городские службы, занимающиеся проблемами наружной рекламы: комитеты по управлению государственным имуществом, главный художник, главный архитектор города.
По вопросам размещения рекламы в средствах массовой информации мы работаем с Уральским региональным управлением регистрации и контроля за соблюдением законодательства РФ о средствах массовой информации, и лично с Пермяковым Александром Андреевичем.
- На какие документы, в первую очередь, опирается в своей работе антимонопольное Управление?
- Всю свою работу мы строим на основе Конституции Российской Федерации и Гражданского кодекса. Но, несомненно, нашей “настольной книгой” является закон “О рекламе”.
Есть и другие законодательные и нормативные документы, которые в той или иной мере формулируют требования к рекламе. Среди них - Указ Президента “О защите потребителей от недобросовестной рекламы” в части, непротиворечащей закону “О рекламе”, закон “О средствах массовой информации”, вводящий ограничения по рекламе в СМИ, и тоже являющийся для нас основополагающим документом.
- Как ваше Управление относится к законотворчеству местных органов власти в области рекламы?
- В свое время возникало много вопросов о разработке местных законодательных и нормативных актов, касающихся рекламной деятельности. Но существуют ограничения, внесенные российским законом “О рекламе”, ибо статья третья этого закона говорит о том, что “законодательство Российской Федерации о рекламе состоит из настоящего федерального закона и принятых в соответствии с ним иных федеральных актов”. Кроме того, пункт 2-й этой статьи говорит, что “отношения, возникающие в процессе производства, размещения и распространения рекламы могут регулироваться также указами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, федеральных органов исполнительной власти издаваемыми в соответствии с настоящим законом”.
Это означает, что нормативные акты, которые могут тем или иным образом регулировать деятельность в сфере рекламы, должны приниматься на федеральном уровне. Акты, принятые на уровне субъектов РФ, не могут быть легитимными.
В свое время в Конституционный суд обращались по этому поводу Омская область и город Москва. Они пытались опротестовать третью статью закона “О рекламе”, но Конституционный суд однозначно подтвердил правомочность этой статьи.
В связи с этим невольно вспоминается областной закон “О использовании иностранных слов и терминов в рекламе”, принятый в прошлом году.
Еще при подготовке проекта этого закона мы однозначно высказывались, что он противоречит статье третьей “Закона о рекламе” РФ и предлагали закон этот не принимать, тем более, что на тот момент протесты Омской области и Москвы уже находились в Конституционном суде. Были сомнения - какое решение примет Конституционный суд в связи с попыткой Омской области и города Москвы опротестовать третью статью, ссылаясь на ее неконституционность. Но после того, как Конституционным судом было принято решение в пользу закона “О рекламе”, все вопросы были сняты.
Тем не менее, в прошлом году Свердловская областная дума приняла свой закон, введя, я бы сказал, не ограничение, а несколько расширив возможность применения иностранных слов в рекламе на территории Свердловской области. Но закон этот никогда не работал и сегодня также не работает. На мой взгляд, с принятием Конституционным судом решения по Омской области и городу Москве, этот вопрос автоматически снимается.
В соответствии с “Законом о рекламе” местным органам власти предоставлены определенные полномочия в области наружной рекламы. Таким образом, есть поле деятельности, где местные органы могут разрабатывать нормативные акты, например, правила размещения наружной рекламы. Такой нормативный акт разработан в Екатеринбурге и Нижнем Тагиле (хотя, нам не известно принят ли он в г.Н.Тагиле). И мне представляется, что Областная дума могла бы разработать какой-то законодательный акт, который послужил бы основным документом, определяющим нормы и правила размещения наружной рекламы на территории Свердловской области. Конечно же, необходимо, чтобы эти законодательные и нормативные акты не противоречили Российскому законодательству.
- Какова сфера внимания Антимонопольного комитета исходя из законодательной трактовки понятия “реклама”?
- Давайте обратимся к тексту закона: “Реклама - распространяемая в любой форме, с помощью любых средств информация о физических или юридических лицах, товарах, идеях и начинаниях, которая предназначена для неопределенного круга лиц и призвана формировать или поддерживать интерес к этим физическим или юридическим лицам, товарам, идеям, начинаниям...” Так, например, наклеенное на столб объявление соответствует понятию “реклама” на все сто процентов.
Как точнее провести грань между “рекламой” и “не рекламой”? Нам поможет совсем свежий пример. У “4 канала” есть программа под названием “Утренний экспресс”, где идет своеобразное действо с товаром: иногда игра, иногда кто-то приглашается в студию для того, чтобы показать достоинства, качества товара. По нашему мнению, да и по существу - это чистая реклама.
Зачастую, в информационном блоке, под видом репортажа или новости помещается, практически, прямая реклама.
Мы указали руководству канала, что они не в праве так поступать, так как нет ссылки на то, что материал размещается на правах рекламы, нет ссылки на номер лицензии, на обязательную сертификацию. Сначала с нами не соглашались, но нам удалось убедить руководство канала без возбуждения дела о нарушении законодательства о рекламе, и они пересмотрели свою позицию. Несомненно, телекомпании заинтересованы в “рваном” размещении рекламы, недаром социологические исследования показывают, что если реклама идет 5 - 10 минут, то подавляющее большинство телезрителей переключают свои телевизоры на другие каналы.
- Как бы Вы оценили закон “О рекламе” с позиций его “исполнителя”?
- Если говорить о качестве Российского закона, то необходимо отметить, что он разработан с участием сотрудников Антимонопольного комитета Российской Федерации. Для разработки Комитетом привлекались представители средств массовой информации, выслушивалось их мнение; кроме того, приглашались западные эксперты. В ходе участия в различных семинарах, посвященных проблемам рекламы, мне часто приходилось выслушивать весьма высокую оценку, даваемую западными экспертами нашему российскому закону “О рекламе”. На наш взгляд, закон работает, хотя некоторые изменения могли бы его усилить.
- Насколько нам известно, в настоящее время готовится новая редакция закона “О рекламе”. Участвует ли Антимонопольное Управление в этом процессе, каковы будут основные изменения?
- Будет более правильным сказать, что готовится не новый текст, а изменения к существующему закону. Работа эта ведется под руководством ГАК России. Свои предложения по внесению изменений в закон мы своевременно направили в Комитет. Что же касается конкретных изменений, то, к сожалению, о них говорить рано, так как в Госдуму РФ такие изменения пока не представлены.
- При обсуждении проектов нормативных документов Вы опираетесь только на собственных специалистов, или привлекаете экспертов со стороны?
- Эксперты со стороны привлекаются нами всегда, в том числе и в наших повседневных делах. Мы часто пользуемся услугами кафедры журналистики Уральского Государственного Университета.
В случаях, когда требуется техническая экспертиза, мы обращаемся в УГТУ-УПИ, в другие проектные ВУЗы или специализированные организации, способные дать необходимое заключение. Так что мы не замыкаемся в “собственной скорлупе”.
- Существуют ли у Вас какие-то разногласия с законом?
- У нас есть некоторые разногласия с законом “О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции”, в соответствии с которым запрещена наружная реклама алкоголя. Но в российском законе “О рекламе” такого запрета нет. Если говорить о соотношении этих законов, то они равноправны, но закон “О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции” был принят позднее, поэтому должна действовать норма этого закона.
Антимонопольные органы сразу же, как только новый закон появился, написали свои возражения к той его части, где этот закон противоречит закону “О рекламе”. Сейчас подготовлен проект изменений к вышеназванному закону, которые приведут его в соответствие с законом “О рекламе”.
Запретительных мер по наружной рекламе алкоголя на территории Свердловской области мы не предпринимали.
- Какие действия предпринимало Антимонопольное управление по отношению к фирмам, ставшим невольными нарушителями закона “О рекламе” после его принятия?
- Мы не предъявляли претензий и не штрафовали за рекламу, нарушающую закон, которая была установлена до его появления. Единственное, чего мы требовали - привести рекламу в соответствие с требованиями закона.
Если для этого необходимо время - мы просим назвать, какой потребуется срок, чтобы привести рекламу в соответствие - месяц, два, три. На мой взгляд, это весьма разумный подход. Никаких репрессивных мер мы применять не пытаемся, мы хотим только, чтобы основная масса предпринимателей была патриотами России и исходила из этого, рекламируя свою продукцию.
- Многих ли рекламистов и бизнесменов Вам приходилось “поправлять”, а рекламу - “приводить в соответствие”?
Вообще, если говорить о приведении рекламной деятельности в соответствие с Российским законом “О рекламе” на территории Свердловской области, то проблем возникло очень много. Рынок рекламных услуг формировался хаотично, и, причем, в тот период, когда “Закона о рекламе” не было.
Надо сказать, что первые, особенно активные всплески рекламной деятельности были как бы “вне закона” потому, что Российское законодательство не определяло перечень требований, предъявляемых к рекламе. И, наверное, потому мы столкнулись с целой массой рекламно-финансовых “акул”, которые потом имели возможность обмануть огромное количество вкладчиков.
Позже указ Президента “О защите потребителя от недобросовестной рекламы”, а затем закон “О рекламе” способствовали установлению относительного порядка в сфере рекламных услуг. И на сегодняшний день на территории Екатеринбурга и Свердловской области порядок, в основном, наведен, хотя сказать, что нарушений нет, конечно,нельзя.
Прежде всего, мы столкнулись с тем, что огромный объем нарушений связан с отсутствием ссылок на наличие лицензии, на ее номер и наименование органа, выдавшего лицензию, как того требует закон.
Львиная доля нарушений касается обязательной сертификации - если рекламируются товары народного потребления, подлежащие сертификации, или рекламируется фирма, производящая эти товары, то ссылка на сертификацию обязательна.
Очень большой объем работ был связан с использованием в рекламе иностранных языков. Увлечение западным, английским, в частности, языком, я понимаю. Но мы живем в Российской Федерации, наш государственный язык - русский, и в рекламе надо использовать только русский язык, за исключением зарегистрированных товарных знаков и случаев, когда средства массовой информации, распространяются или вещают на языках национальных меньшинств, проживающих на территории Российской Федерации.
Откровенно говоря, нам пришлось “повоевать”, прежде чем удалось навести порядок в этой сфере.
Например, Ревдинский медеплавильный завод разместил имиджевую рекламу на ул. Высоцкого, где все надписи выполнены на английском языке. Когда дирекции завода был задан вопрос, чем оправдано такое решение, они это объяснили необходимостью привлечения иностранных инвесторов.
Еще пример - казино “Катариненбург”. Далеко видимая световая рекламная установка была расположена на главном фасаде ККТ “Космос”, все надписи - на иностранном языке.
Мы были вынуждены выдать ЗАО “Бизнес-клуб “Глобус” соответствующее предписание, установили срок исполнения. К сожалению, руководство фирмы отнеслось к нашему предписанию легкомысленно, предписание в срок выполнено не было, и мы были вынуждены наложить на ЗАО штраф.
Штраф уплачен, реклама демонтирована. Сейчас фирма зарегистрировала свой товарный знак на иностранном языке и теперь, по-видимому, она сможет размещать свою рекламу на иностранном языке на законном основании.
Но, на мой взгляд, правомерен вопрос: надо ли вообще регистрировать товарные знаки местных предприятий на иностранных языках? Если создается совместное предприятие, - это другое дело, в этом случае иностранное название понятно и оправдано.
- Да, но как быть, если фирма работает, скажем, за рубежом, занимается экспортно-импортными операциями?
- Не возражаю: рекламируйтесь, скажем, во Франции - на французском... Но почему на территории Российской Федерации, где основная масса людей - русскоязычное население, надо размещать рекламу на иностранном языке?
Еще пример: мы столкнулись с жестким сопротивлением руководителей магазина “Мегашоп”, разместивших англоязычную вывеску на здании по адресу ул. Вайнера, 8, (практически, на площади “1905 года”). Мы, попросту, были вынуждены применять к ним жесткие меры, пока не заставили изготовить вывеску на русском языке.
- Насколько реальные сроки ставятся фирмам для проведения “исправительных работ”?
- Когда нам отвечают, что для исправления нужен год, мы вынуждены отвечать: “Нет, это неприемлемо”. Представляется очевидным, что все зависит от того, какой объем работ необходимо выполнить. Если рекламу нужно просто снять - достаточно недели. Естественно, многое зависит от наличия средств для выполнения работ, экономических возможностей предприятия.
Возьмем пример с “ЮТА-Банком”. На углу улиц Крылова и Долорес Ибаррури, на фасаде здания, банк разместил световую рекламную установку с логотипом на английском языке без ссылки на номер лицензии. В ходе переговоров банкиры согласились с тем, что рекламу нужно демонтировать. Был оговорен и срок - более месяца, хотя на демонтаж этой установки, в лучшем случае, была необходима неделя - заказать вышку и нанять бригаду.
Однако работа в согласованный срок выполнена не была, и мы были вынуждены - после нарушения ими же согласованного срока - применить к “ЮТА-Банку” штрафные санкции.
Мы не стремимся размахивать штрафными санкциями, что называется, “направо и налево”, мы пытаемся привести деятельность рекламных производителей и распространителей в соответствие с законодательством о рекламе.
Можно привести и примеры нарушений, связаных с рекламой деятельности, осуществляемой без соответствующей лицензии. В частности у нас много было рекламы, связанной с различного рода частными медицинскими услугами - вывод из запоев, лечение алкоголизма, лечение от курения посредством психологического воздействия и т.д.
Когда мы видели такую рекламу и находили рекламодателя, то, в большинстве случаев, убеждались, что рекламодатель не получил лицензии и не имеет права заниматься такого рода деятельностью. Мы, снимая рекламу, ставили его в условия, при которых он был обязан получить лицензию легализовать свою деятельность.
Нередко встречалась и реклама, связанная с использованием образов несовершеннолетних при рекламе товаров, которые не имеют непосредственного отношения к детям. Рекламируют, к примеру, кухонный гарнитур или автомобиль “Волга” с использованием образа ребенка - в таких случаях мы были вынуждены возбуждать дела и давать предписания о снятии такой рекламы с распространения.
- Какими критериями Вы руководствуетесь при определении возраста героя рекламного ролика или изображенного на плакате человека?
- Если говорить о законе, то образ несовершеннолетнего - это образ человека, имеющего возраст менее восемнадцати лет, поскольку совершеннолетие, по российскому законодательству, наступает с восемнадцати лет.
В своей практике мы пока не сталкивались со спорными моментами, и не возникало вопроса - считать изображенного на рекламе человека совершеннолетним или не считать. Если в будущем такой вопрос возникнет, будем проводить экспертизу.
Как это будет происходить в деталях, я пока не представляю. Это не простой вопрос, и механизм проведения подобных экспертиз у нас пока не выработан.
Обратимся к примеру, где идет речь о товарах, основным потребителем которого выступают дети. Допустим школьнику начинают внушать, что у каждого его одноклассника имеется компьютер или роликовые коньки. Тем самым ему передается информация, которую он должен донести до своих родителей с тем, чтобы они приобрели ему рекламируемый товар. Очевидно, что рекламировать товары таким образом недопустимо.
Надо признать, однако, что арбитражная практика в таких случаях пока недостаточно отработана.
Для примера, фирме “Мегашоп” - было выдано предписание о снятии рекламы со здания на ул. Вайнера, 8, где, по нашему мнению, имело место внушение детям необходимости убедить своих родителей приобрести компьютер. К сожалению, арбитражный суд в этом случае нас не поддержал, поскольку посчитал, что в той рекламе призыва к детям убедить своих родителей купить компьютер не было.
Такие пограничные случаи будут, в дальнейшем, возникать все чаще и чаще, так как объем рекламы непрерывно растет. Необходима арбитражная практика, которая все расставит, что называется, по местам. Нужны прецеденты.
- Каково соотношение выигранных и проигранных Антимонопольным управлением дел по части рекламы?
- Если не ошибаюсь, у нас было три арбитражных дела по рекламе в городе Екатеринбурге. Первое и второе были выиграны нами полностью, а третье - “пятьдесят на пятьдесят”. Третье дело как раз было связано с фирмой “Мегашоп”. Наше решение по части использования иностранных слов было оставлено в силе, и более того - на “Мегашоп” был наложен штраф. По части же внушения несовершеннолетним наше решение отменено. Что касается наложения штрафа за неисполнение нашего предписания на “ЮТА-Банк” и фирму “Чип и Дейл” наши решения были оставлены в силе. Итого - получается соотношение “один к шести”.
- Как часто нарушения приводят к возбуждению дел?
- За прошлый год нами было проведено около семи десятков проверок, в различные инстанции было отправлено более двух сотен писем, а дел было возбуждено всего около тридцати. Как видите, статистика свидетельствует, что не такое большое количество нарушений устраняется после возбуждения и рассмотрения дела и выдачи предписания.
- Чем объясняется такая значительная разница в количестве возбужденных дел - около двадцати за год - и дел, доведенных до суда - всего трех?
- Основная масса дел до суда не доходит. Исключение составляют случаи когда с нами не согласны фирмы, в отношении которых выдано предписание. В общем, механизм нашей работы, в случае обнаружения нарушения законодательства, таков: фирме направляется информационное письмо; если фирма согласна, то тут же нам отвечает, называя срок, когда будет устранено нарушение. Мы контролируем исполнение и вопрос снимается.
Если же мы видим, что фирма не хочет устранять нарушение, то приходится возбуждать дело, приглашать фирму на заседание комиссии (а дела всегда рассматриваются коллегиально).
Комиссия принимает решение: признать или не признать факт нарушения. Если факт нарушения признается, то выдается предписание, в котором указывается срок, в течение которого нарушение необходимо устранить. Если фирма в установленный срок не исправляет нарушение и не просит отсрочки, то мы, по истечении срока, имеем право наложить на фирму штраф до 5000 - пяти тысяч(!) - минимальных размеров оплаты труда за неисполнение нашего предписания. Правда, пока максимальных санкций мы не применяли.
Фирма обращается в суд, если она не согласна с нашим предписанием или наложенным штрафом. Мы также можем обращаться в суд, если штраф не уплачен в течение месяца, чтобы суд взыскал штраф в принудительном порядке. Так было с компанией “Чип и Дейл”, так было и с “ЮТА-банком”.
- Зависит ли каким-то образом финансирование Антимонопольного управления от объемов собранных Вами штрафов?
- Нет, не зависит. Все суммы, собранные нами в виде штрафов, идут в бюджет. Штраф за нарушения в области рекламы разделен на две части: 60% от суммы штрафа поступает в областной бюджет, а оставшиеся 40% - в федеральный. Теоретически, 60% от суммы штрафа, идущие в областной бюджет, могут быть нами как-то использованы, но для этого мы должны выйти к правительству области, или губернатору и сказать: “Дайте нам столько-то от штрафов на такие-то наши цели - хозяйственные или другие”. Но пока ни рубля из штрафных санкций мы на свои внутренние цели не использовали.
Фактически заинтересованности в том, чтобы взимались какие-то высокие штрафы ради пополнения своего бюджета у нас не существует. Единственный реальный источник пополнения нашего внебюджетного счета в настоящее время - это, по закону “О конкуренции...”, оплата согласований за слияние, присоединение, приобретение пакетов акций.
- Теперь вопрос несколько иного плана. В городе водителям на глаза часто попадаются лаконичные листовки весьма специфического содержания - женская фигура и телефон. Каково Ваше отношение к рекламе услуг сексуального характера?
- Если говорить о сексуальных услугах, то закон “О рекламе” этот момент, по существу, упустил и мы, честно говоря, в отношении этой рекламы не можем использовать полномочия, предоставленные нам законом. Пока мы видим возможность вмешательства только путем передачи соответствующей информации в органы внутренних дел. Когда мы объезжаем город и видим подобную рекламу, естественно, мы ее снимаем и передаем в органы внутренних дел, которые должны принимать соответствующие меры.
- Какие советы Вы дали бы рекламопроизводителям?
- Мой первый совет всем рекламопроизводителям и рекламораспространителям - изучите закон. Когда мы начинаем разбираться, в чем причина нарушений, оказывается, что все дело - в незнании.
Второе, я полагаю, что все рекламисты должны иметь в штатах своих фирм юриста, или заключить договор на обслуживание с юридическими фирмами на предмет отслеживания своей рекламы с точки зрения соблюдения действующего законодательства. Я полагаю, что это будет стоить не так уж дорого, зато все мы уйдем от той массы нарушений, которые имеют место, поскольку у юристов свой взгляд на все то, что готовиться к распространению.
- Вы могли бы порекомендовать какие-то конкретные фирмы?
- От таких рекомендаций я воздержусь, ведь это - прямая реклама.
- Какое наблюдается соотношение между ошибками ваших сотрудников и предпринимателей?
- Безусловно, предприниматели ошибаются чаще.
Во-первых, если даже мы высылаем информационное письмо, это только предупреждение, предписание не выдается сразу же - у предпринимателя есть возможность с нами поспорить, отстоять свою позицию.
Во-вторых, если даже возбуждено дело и все идет к тому, что нами будет признан факт нарушения и выдано предписание, то дело рассматривается комиссией, а не одним человеком, что также снижает возможность ошибки. Комиссию, как правило, возглавляю я или мой заместитель, состав комиссии - как минимум три человека.
В-третьих, на комиссии, я еще раз это подчеркиваю, предприниматель имеет возможность (с привлечением своих или сторонних юристов) доказать собственную правоту. Но когда доказать правоту не могут, тогда принимается решение об устранении нарушения. Мы готовы выслушать и рассмотреть любое мнение, если оно обосновано.
И в-четвертых, есть арбитражный суд, имеющий право отменить наше решение.
Мы можем допускать ошибки и, в первую очередь, потому что в законе не прописаны четко некоторые моменты, не отработана арбитражная практика, и возможны различные толкования законодательных и нормативных актов.
Конечно, я бы хотел, чтобы мы ошибок не допускали. Поэтому я просто призываю все фирмы, которые с нами сталкиваются, когда мы усматриваем какое-то нарушение: “Представьте, пожалуйста, квалифицированных юристов, и давайте будем их профессиональное мнение слушать. Отстаивайте свои интересы, отстаивайте свою правоту!”
Мы заинтересованы в том, чтобы толкование законов сформировалось как можно быстрее, ведь тогда нам всем будет проще работать - все будет четко, ясно и понятно.
 
На главную
 
Металлоконструкции
О компании
Контакты
Прайс-листы
Гарантии
Фотогалерея
Наши партнеры
Вакансии
Типовые договоры
Фирменные календари
Архив статей из других журналов
Архив статей Журнала о рекламе «Паблисити»
 
© Терминатор - наружная реклама в Екатеринбурге
Адрес: г. Екатеринбург, ул. Проспект Ленина, д. 69/2.
Телефон: +7 (343) 350-64-53, 350-61-58